"Тогда прости...(ф)" - тут же Фиретаэ в некое подобие тюрьмы заключили деревья. Они были поставлены плотно друг к другу, но между каждым была очень тонкая щель. "Оно окружено моей чакрой, так что разрушить не пытайся. Утром оно само спадет.(ф)"

В этот раз Фиретаэ не размышляла перед сном, как можно сбежать. Девочка знала, что ей это не нужно. Ей вообще теперь было все равно, что с ней будет дальше. Фиретаэ осознавала это. Единственное, что интересовало девочку, так это один вопрос: зачем я нужна организации? "Мда. Докатилась до уровня нежити. Хотя, собственно, это не так уж и странно. Должна же я была рано или поздно стать такой же, как и они. Но ведь не при жизни... А так я вроде и живая, и такая же, как они..." - размышляла девочка. Но даже и эта мысль не вызывала у нее ни тоски, ни печали, ни злости, ни ярости... Осталось только холодное равнодушие, обернувшееся ледяной цепью вокруг и без того неэмоционального каменного сердца. И самое главное: не ее сердца, чужого. Что-то чужеродное, сильное, что стало родным, но взамен поработило ее. И Фиретаэ даже не пыталась разорвать эту цепь, вырваться на свободу... Наоборот, она продолжала падать в эту яму безразличия. Девочка вновь начинала засыпать.

Фиретаэ проснулась. В закрытые глаза ей светил солнечный свет. Девочку это раздражало, но перейти на другое место было просто лень. Фиретаэ медленно, даже как-то лениво открыла глаза и почти сразу зажмурилась. Что-то тяжелое, липкое, а главное намекающее на бессмысленность всех действий не отпускало Фиретаэ из своего плена. Девочка по-прежнему не предпринимала никаких действий, чтобы вырваться из этого плена и просто наслаждаться жизнью. Фиретаэ не могла делать что-то, что было лишено смысла. Или могла... Девочка вспомнила всю свою предыдущую жизнь и поняла, что, в общем-то, и раньше у нее не было смысла скрываться, убегать, прятаться от кого-то. Ну поймали бы ее, провели опыты, попытали. От этого ничего бы не изменилось. Разве что... Там, в другом мире, возможно, раньше бы появился новый правитель, раньше бы закончились эти такие же бессмысленные, как и жизнь... даже не жизнь - выживание Фиретаэ, войны между существами. "Зачем они сражаются? Новых территорий они не получат. Разве что только из-за стереотипов... Но неужто они не понимают, что теперь все князья - родственники? Или точнее, появился князь, который является ну очень близким родственником по отношению к остальным себеподобным. Да и потом, именно их должен кто-то вести. Они не могут их ненавидеть, у них нет чувств. Выходит, не они первые начали..." - размышляла Фиретаэ. Слабый прохладный ветерок трепал волосы девочки, но Фиретаэ этого не замечала. Не замечала девочка и опадающих с выращенного ею дерева черных роз. Вернее, замечала, но не любовалась этим, как, например, было бы день назад.

Фиретаэ секунд 30 молчала, не то отвлеченная своими размышлениями, не то настолько уже поглощенная апатией.
-Да, - наконец ответила девочка, даже не взглянув на Пейна.

-Зачем? - таким же равнодушным тоном спросила Фиретаэ. По голосу девочки и по той легкости, с которой она это спросила, казалось, будто бы она только что спросила у человека "Как дела?".

-Зачем? - точно так же, как и до этого, спросила Фиретаэ.

-Вряд ли...

-Наверно, жила бы, как и остальные. До поры до времени. Когда мантикора бы выросла - ушла бы из деревни и жила бы вдалеке от людей, - будничным тоном сообщила девочка.

-Это очень интересный вопрос...

-Если я Вам покажу свою семью, Вы вряд ли обрадуетесь, - Фиретаэ усмехнулась.

-Хм... Ну, он один из моих ближайших живых родственников. Но он мне не отец, - Фиретаэ немного удивилась догадливости Пейна.

-Да.

-Вообще, в принципе он не отвечает за души умерших. Но сейчас, временно, ему приходится это делать.

-Не он отвечает за места. Он сейчас просто...м-м...коллекционирует души. Вот когда займет восьмой трон князь, который действительно правит душами, вот тогда-то восьмой места и будет подготавливать, - насчет отношения ее родственников к происходящему Фиретаэ предпочла умолчать. Ведь отец-то как раз и решил ей помочь.